Вот читая коменты Роберто, напомнил он мне про один стих Бодлера, а именно про этот урывок из его стиха "Падаль":
Было ясное утро. Под музыку нежных речей Шли тропинкою мы; полной грудью дышалось. Вдруг вы вскрикнули громко: на ложе из жестких камней Безобразная падаль валялась... Как бесстыдная женщина, нагло вперед Обнаженные ноги она выставляла, Открывая цинично зеленый живот, И отравой дышать заставляла... Но, как будто на розу, на остов гнилой Небо ясно глядело, приветно синея! Только мы были хмуры, и вы, ангел мой, Чуть стояли, дрожа и бледнея. Рои мошек кружились вблизи и вдали, Неприятным жужжаньем наш слух поражая; Вдоль лоскутьев гнилых, извиваясь, ползли И текли, как похлебка густая, Батальоны червей... Точно в море волна, Эта черная масса то вниз опадала, То вздымалась тихонько: как будто она Еще жизнию смутной дышала. И неслась над ней музыка странная... Так Зерна хлеба шумят, когда ветра стремленьем Их несет по гумну; так сбегает в овраг Говорливый ручей по каменьям. Формы тела давно уже были мечтой, Походя на эскиз, торопливо и бледно На бумагу набросанный чьей-то рукой И закинутый в угол бесследно. Из-за груды каменьев на смрадный скелет Собачонка глядела, сверкая глазами И как будто смакуя роскошный обед, Так не вовремя прерванный нами...
Сообщение отредактировал Nooosa - Четверг, 31.05.2012, 13:57
Было ясное утро. Под музыку нежных речей Шли тропинкою мы; полной грудью дышалось. Вдруг вы вскрикнули громко: на ложе из жестких камней Безобразная падаль валялась... Как бесстыдная женщина, нагло вперед Обнаженные ноги она выставляла, Открывая цинично зеленый живот, И отравой дышать заставляла... Но, как будто на розу, на остов гнилой Небо ясно глядело, приветно синея! Только мы были хмуры, и вы, ангел мой, Чуть стояли, дрожа и бледнея. Рои мошек кружились вблизи и вдали, Неприятным жужжаньем наш слух поражая; Вдоль лоскутьев гнилых, извиваясь, ползли И текли, как похлебка густая, Батальоны червей... Точно в море волна, Эта черная масса то вниз опадала, То вздымалась тихонько: как будто она Еще жизнию смутной дышала. И неслась над ней музыка странная... Так Зерна хлеба шумят, когда ветра стремленьем Их несет по гумну; так сбегает в овраг Говорливый ручей по каменьям. Формы тела давно уже были мечтой, Походя на эскиз, торопливо и бледно На бумагу набросанный чьей-то рукой И закинутый в угол бесследно. Из-за груды каменьев на смрадный скелет Собачонка глядела, сверкая глазами И как будто смакуя роскошный обед, Так не вовремя прерванный нами...
- 
Тебя в детстве по голове не били случайно? 
[/cut]